По словам политолога, этот факт означает, что Путин, уходя с поста президента, намерен де-факто продолжать управлять страной. «Россия лишается исторической перспективы, - говорит Белковский. - Рушатся какие бы то ни было надежды на трансформацию России в великую державу XXI века, которые держали на плаву значительную часть активного населения страны на протяжении последних 15 лет».
- Станислав Александрович, как вы прокомментируете решение Владимира Путина возглавить список "Единой России"? Какие аргументы должны были быть приведены президенту России, чтобы он связал себя с этой партией?
- По всей видимости, президент России Владимир Путин разочаровался в идее стать персональным пенсионером всемирного значения. Он все-таки решил остаться на третий срок, а так же на четвертый, пятый и шестой, ибо он не видел никакого мирного сценария транзита власти в России после своего ухода, он не видел возможности в выдвижении элитой консолидированной кандидатуры преемника, потому и произошло то, что произошло. Я считаю, что это колоссальная ошибка, потому что президент России не может быть партийным, у него совсем другой статус. И хотя Путин заявляет о том, что он формально не войдет в партию «Единая Россия», но для всего народа его решение возглавить список партии, безусловно, означает, что он ей принадлежит, а партия ему. Потому, мне кажется, что произошел очень серьезный поворот в политической системе России, что фактически операция «Преемник» действительно становится абсолютно технической. Возможно, этим преемником будет и Виктор Зубков, в таком случае, действительно, наверное, будущему премьеру России Владимиру Путину психологически удобно работать с президентом Виктором Зубковым.
- Значит ли это, что список «Единой России» получит сокрушительное преимущество, и эта партия будет иметь более чем конституционное большинство?
- Я думаю, что да, это означает, безусловно, что весь административный ресурс, весь медиа-ресурс будет сконцентрирован на «Единой России», а остальные партии получат столько, сколько им положено по расписанию. То есть речь идет уже не о честных выборах, а только о том, что Путин захочет сохранить лицо перед лицом Запада и сам назначит процент остальным партиям. По-видимому, «Справедливая Россия» и КПРФ получат в интервале между 15-ю и 17-ю процентами голосов, ЛДПР менее 10 процентов голосов, других партий не будет. Но это будет не результатом предвыборной борьбы, а просто волевым актом президента и будущего руководителя России Владимира Путина, который таким образом остается в российской политике, а не покидает ее.
- Как вы думаете, будет ли осуществлено и закреплено перераспределение полномочий, чтобы президент был действительно слабым, а премьер сильным?
- Сейчас уже почти очевидно, иначе бы Владимиру Путину не стоило бы возглавлять список «Единой России». То есть конституционная реформа в действии, и эта конституционная реформа коснется Владимира Путина, который формально не останется не третий срок, но фактически, видимо, решил управлять страной до конца. Думаю, что это отражает в значительной степени позиции его помощников, которые не видели никакого варианта сохранения своей собственности и капиталов в ситуации любого следующего президента. Я полагаю, что для страны это большая драма, если не сказать больше. Россия лишается исторической перспективы, каких бы то ни было надежд на смену власти. И, безусловно, в такой ситуации находиться в российской политике и в России практически невозможно. Лично я для себя делаю такой вывод и лично я уже сегодня выйду из всех проектов в России, в которых я участвую, потому что абсолютно неприемлемо то, что происходит. Это свидетельствует о полном крушении каких бы то ни было надежд на трансформацию России в великую державу XXI века, тех надежд, которые держали на плаву значительную часть активного населения России на протяжении последних 15 лет.
- То есть это переход от авторитарного режима фактически к тоталитарному?
- Нет, я бы, конечно, не стал здесь разбрасываться такими жесткими терминами. Это лишь говорит о том, что вся эта закоснелая, бессмысленная, бездарная, лишенная какой бы то ни было творческой, созидательной энергии путинщина растягивается на бесконечно долгий срок, что не может не привести к краху и развалу России. И соучаствовать в этом мне представляется глубоко безнравственным.
- У оппозиции нет никаких шансов, на ваш взгляд?
- Ни малейших. Собственно, у оппозиции не просто нет шансов, она отсутствует как таковая. В стране и обществе отсутствует критическая масса людей, которая может сказать происходящему «нет». Не даже в форме активных публичных выступлений, а просто в форме неучастия, несодействия тому безобразию, которое творится. А в такой ситуации чего-либо достичь невозможно. Речь идет о тотальном брежневении сегодняшнего режима и закостенении с поправкой лишь на то, что того запаса прочности, который был у Советского Союза 40, 30 лет назад, не существует, страна стоит на краю гибели. И, безусловно, сегодня праздник радикальной оппозиции, которая никогда не ставила себя на место власти и не хотела ни разделять, ни чувствовать ее проблемы. Но для России это трагедия, не побоюсь этого слова, и трагедия в первую очередь в том, что нет достаточного количества людей, которые согласились бы не то что возвысить голос против этого, но просто отказаться от участия в этом позорном факте.
- Ну что же, спасибо. Печальные выводы, но справедливые. Приходите к нам поговорить, пока можно.
- Приду, но, честно говоря, думаю, покидаю Россию в ближайшие недели, больше не останусь.
- Господи, ну по телефону будем общаться.
- Могу в Прагу приехать.
- Спасибо.