Копейск: заключенные вернулись в камеры, их родные остаются у колонии

Протесты в колонии №6 в Копейске вызвали нечастую для подобных событий медийную волну. Писатели разных, если не противоположных, политических убеждений сходятся во взглядах на инфернальную природу русской тюрьмы и бунта. Активисты устраивают пикеты в поддержку заключенных. Массовое сознание с удивительной гуттаперчевостью растягивается в шпагате между фаталистской поговоркой «от тюрьмы да от сумы не зарекайся» и агрессивно-равнодушной убежденостью «так этим уголовникам и надо», закрывая глаза как на то, что шанс выиграть в лотерею у российского гражданина гораздо выше, чем получить оправдательный приговор, так и на то, что приговаривают преступников к лишению свободы, а не к систематическим пыткам, унижениям и денежным поборам. Официальные же лица привычно твердят о «заговоре криминальных авторитетов» и «незаконных требованиях об ослаблении режима». На сайте Федеральной службы исполнения наказаний новость о происшествии в Копейске появилась только 27 ноября с жизнерадостным заголовком «Исправительная колония № 6 ГУФСИН России по Челябинской области работает в обычном режиме». Вообще, информация о волнениях в местах отдаленных редко распространяется дальше правозащитных сайтов, блогов и тематических форумов, лишь частично попадая в открытую статистику под грифом «действия, дезорганизующие работу ИУ». RS решил вспомнить несколько громких тюремных бунтов в современной России.

Фиктивный бунт в Копейске, 2008 год

Город в Челябинской области не первый раз попадает в новостные ленты в данном контексте. 31 мая 2008 года в колонии №1 скончались четверо заключенных: Сергей Поляев, Анатолий Айвасед, Евгений Мамуков и Вячеслав Сахабаев. Поначалу руководство колонии пыталось представить их зачинщиками бунта и обвинило в нападении на сотрудников, а губернатор Челябинской области Петр Сумин даже пообещал выделить героическим тюремщикам, предотвратившим беспорядки, квартиры (ничего не напоминает?). Но эта версия показалась неубедительной даже для следственных органов. Выяснилось, что 30 и 31 мая 12 вновь прибывших заключенных избили сотрудники колонии. В полдень 31-го после многочасовых побоев их развели по одиночным камерам, а к шести часам вечера четверо из них скончались без оказания медицинской помощи. Сотрудники колонии сами нанесли себе ранения, чтобы инсценировать нападение заключенных. Челябинский областной суд приговорил 14 бывших тюремщиков на сроки от 9 до 12 лет строгого режима, еще четверых, в том числе начальника Челябинского ГУФСИН Владимира Жидкова, - 5 лет условно. Позже Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ сократила сроки большинству осужденных на 1-2 года.

Волна беспорядков в колониях для несовершеннолетних, 2007 год

В ночь на 17 октября около двухсот заключенных Кировградской воспитательной колонии №2 под Екатеринбургом устроили массовые беспорядки: подожгли одно из зданий, разгромили многие помещения колонии, захватили заложников, сломали внутренние ограждения, пытались совершить побег и избили сотрудника колонии капитана Завьялова, который скончался в больнице. Часовые на вышках открыли огонь по взбунтовавшимся подросткам: один был застрелен на месте, еще один позже умер от ранений. Кроме этого, пострадали 10 заключенных и 5 сотрудников колонии. Бунту предшествовали три события. Во-первых, летом 2007 года начальником и замначальника Кировградской колонии стали подполковники Ряков и Анашкин, которые до этого работали в колонии строгого режима ИК-46. Во-вторых, в августе уже прошла акция неповиновиния - подростки разбили окна в здании штаба (по некоторым данным - в знак протеста против рукоприкладства сотрудников колонии), но тот инцидент удалось скрыть. Наконец, одного из заключенных, неформального лидера подростков, решили перевести во «взрослый» СИЗО - это и было признано официальной причиной бунта. В результате массовых беспорядков своих постов лишились начальник и пятеро сотрудников колонии, а также глава ФСИН Свердловской области Анатолий Ткачев. В 2010 году 45 участников бунта были приговорены к срокам от 2 до 12 лет. В ноябре более «мирную» акцию неповиновения устроили воспитанники Жигулевской колонии для несовершеннолетних, расположенной недалеко от Тольятти. Около сотни подростков забрались на крышу одного из корпусов, кидали камни в патрульных и подожгли рубероид. Они требовали на переговоры прокурора, но когда тот приехал, отказались с ним общаться. Спустя нескольких часов был вызван сводный отряд сил специального назначения, который использовал светошумовые гранаты и силой спустил заключенных с крыши на землю. В ходе операции никто не пострадал. Высказывались мнения, что беспорядки могли быть спровоцированы событиями в Кировградской колонии. Ранее в сентябре 2007 года в петербургском СИЗО «Кресты» 17 несовершеннолетних во время прогулки выломали замок одного из прогулочных двориков и попытались проникнуть в другие дворы. После переговоров с руководством колонии бунтующие разошлись по своим камерам. Поначалу представители ФСИН заявляли, что между этими происшествиями может быть связь - якобы «криминальные авторитеты», находящиеся на свободе, через несовершеннолетних заключенных пытаются дестабилизировать ситуацию в уголовно-исполнительной системе. Однако затем от этой гипотезы отказались.

Управленческий поджог, 2008 год

23 сентября в колонии сторогого режима №6 в поселке Управленческий под Самарой полыхнуло не на шутку. Не помогли ни два храма, ни клуб с кружками по интересам. Конфликт между заключенными и «активистами» (осужденными, которые, как говорится, встали на путь исправления: сотрудничали с администрацией, вступали в так называемые «секции дисциплины и порядка» и за это получали от администрации поблажки в режиме, а также некоторые начальственные полномочия в отношении других осужденных) перерос в массовую драку и бунт. Заключенные подожгли четыре смотровые вышки и ненавистное им, вероятно, здание, где заключенные занимались рукоделием. Сотрудники колонии оказались бессильны. Только спецназу совместно с пожарными удалось унять беспощадное пламя бунта. В результате пострадали 34 человека, в том числе трое сотрудников колонии. Двое заключенных погибли от ожогов. Тревожные сигналы поступали и раньше. В 2007 году 200 осужденных объявляли голодовку, после того как от побоем скончался один из заключенных. А в 2006-м с помощью той же голодовки требовали улучшение условий содержания. Следствие по делу о массовых беспорядках продолжалось полтора года. Когда оно было передано в суд, 12 из 14 обвиняемых прямо во время заседания вскрыли себе вены. Но раны оказались неопасными, и в декабре 2010-го Самарский суд назначил двоим заключенным по 27 лет, остальным - от 7 до 25 лет в дополнение к основным срокам. В сумме беспорядки с поджогом обойдутся бунтовщикам в 238 лет.

Серийные протесты в Ивделе, 2008-2012 годы

Одна из самых горячих точек на пенитенциарной карте России находится на севере Свердловской области. На город с населением менее 18 тыс человек приходится шесть исправительных учреждений. Протесты и беспорядки в ивдельской колонии №62 стали обычным явлением. Так, в июне 2008 года несколько заключенных объявили голодовку и зашили себе рты при помощи иголки и нитки, а в октябре три десятка заключенных, находившихся в штрафном изоляторе, вскрыли вены. В январе 2009-го около 140 человек объявили голодовку из-за низкой температуры в камерах - стены изнутри покрылись инеем. Через два дня голодовки администрация устроила силовую акцию по «принуждению к питанию». Часть осужденных этапировали в соседнюю колонию №63 особого режима, избив по пути в автозак, остальным также пригрозили физической расправой. Отказались от прекращения голодовки только восемь заключенных, которых избивали до потери сознания. В феврале начальником колонии вместо майора Куценко был назначен подполковник Воронков, но уже в апреле случилось новое масштабное ЧП. Несколько «активистов» избили обычных заключенных. На шум и крики собралась толпа осужденных и в течение нескольких часов избивала «активистов». Сотрудники колонии забаррикадировались в дежурной части, пока не приехало подкрепление и выстрелами в воздух не разогнало толпу. В беспорядках участвовало около 400 заключенных, двое «активистов» были убиты. Это событие привело к очередной смене руководства колонии - в мае ее возглавил полковник Гусев. Но покой ИК-62 только снится. Очередная массовая драка заключенных с «активистами» произошла в ночь с 1 на 2 апреля 2011 года. Пострадали 14 осужденных, один скончался. В мае начальник исправительной колонии и два его заместителя были предупреждены о неполном служебном соответствии, но руководящие сотрудники Главного управления ФСИН по Свердловской области отделались выговорами. В ноябре 2012-го дело о бунте было передано в суд - на скамью подсудимых попали 9 заключенных. А в апреле 2012 года аналогичные беспорядки бушевали в соседней ИК-55, в ходе которых пострадали 11 осужденных. Правозащитник Вячеслав Башков подал завление в Следственный Комитет с просьбой возбудить уголовное дело против начальника ГУФСИН по Свердловской области генерал-майора Сергея Худорожкова и сотрудников ИК-55 и ИК-62, которые доводят осужденных до попыток самоубийства, принимают участие в пытках и замешаны в коррупции.

Комментирует Оксана Труфанова, правозащитник:

— В понедельник полиции возле колонии стало меньше, но она все еще присутствует, в том числе и спецчасти. Здесь же, возле колонии, по-прежнему находятся родственники заключенных, человек 40. На улице холодно, все очень замерзли. Машины полиция не пропускает к колонии ближе, чем на километр.

Заключенных администрация по-прежнему не показывает, членов ОНК не пускают на территорию колонии, несмотря на то, что у них должным образом оформлены все документы и отказ в допуске в исправительное учреждение является прямым нарушением Федерального закона «Об ОНК».

Родственники заключенных через начальника полиции Копейска передали администрации колонии списки заключенных, чтобы каждый осужденный расписался напротив своей фамилии — люди желают хоть как-то удостовериться в том, что их близкие живы и здоровы. Но пока даже таких свидетельств из-за стен колонии не поступило.

То, что произошло в Копейске, — это не бунт и не восстание, это акция отчаявшихся людей. Я давно занимаюсь проблемами этой колонии и знаю, что пытки там действительно были. Злоупотребления разного характера тоже. Я как правозащитник курировала дела заключенных Евгения Терехина и Даниила Абакумова и знаю специфику этого учреждения.

Заключенные, в числе прочего, требуют отставки начальника ИК-6 Дениса Механова и начальника отдела безопасности колонии Константина Щеголя. Требуют освобождения заключенных из ШИЗО. Требуют восьмичасового рабочего дня для работы «на промке». Требуют остановить взяточничество, поборы.

ФСИН пытается убедить общественность, что за акцией заключенных стоят какие-то «уголовные авторитеты». Но дело в том, что ИК-6 — это колония для «первоходов», для людей, впервые оказавшихся за решеткой. Никаких рецидивистов и «авторитетов» там нет, а если они есть, то значит, ФСИН поместила их к «первоходам» незаконно.

Люди хотят, чтобы был наведен порядок. Чтобы ФСИН признало наконец свои ошибки и наказало виновных.