Быть в оппозиции действующей власти сейчас никто не рискует, а сотрудничество с "Единой России" становится обязательным.
В начале октября лидер партии "Союз правых сил" Никита Белых открытым письмом, вывешенным на сайте партии, попросил рядовых бизнесменов поддержать СПС, поскольку - "по указанию из Кремля" - партия осталась без поддержки крупных спонсоров.
Вряд ли на призыв откликнулись массово.
"У меня много знакомых в бизнесе, которые открыто говорят, что боятся не то что давать деньги, боятся по телефону со мной разговаривает, - признается Владимир Рыжков, депутат Государственной Думы, сопредседатель Республиканской партии России. - Один лишь факт контакта с лидером оппозиции может повлечь за собой репрессии".
"Бизнес сейчас не является полноправным субъектом политики, как это было 10 лет назад. Поэтому никаких поползновений, даже не оппозиционных, а которые просто не лежат в контексте "Единой России" или администрации президента, бизнес сегодня делать не будет. Это исключено. Люди боятся потерять свое имущество, лишиться свободы. А таких случаев в последнее время было много. Я исключаю проявления каких-либо оппозиционных настроений в этой среде", - говорит Павел Толстых, директор Центра по изучению проблем взаимоотношения бизнеса и власти Lobbying.ru, кандидат политических наук, доцент кафедры политического консалтинга и избирательных технологий ГУ-ВШЭ.
Быть в оппозиции действующей власти сейчас никто не рискует, а сотрудничество с "Единой России" становится обязательным.
В начале октября лидер партии "Союз правых сил" Никита Белых открытым письмом, вывешенным на сайте партии, попросил рядовых бизнесменов поддержать СПС, поскольку - "по указанию из Кремля" - партия осталась без поддержки крупных спонсоров.
Вряд ли на призыв откликнулись массово.
"У меня много знакомых в бизнесе, которые открыто говорят, что боятся не то что давать деньги, боятся по телефону со мной разговаривает, - признается Владимир Рыжков, депутат Государственной Думы, сопредседатель Республиканской партии России. - Один лишь факт контакта с лидером оппозиции может повлечь за собой репрессии".
"Бизнес сейчас не является полноправным субъектом политики, как это было 10 лет назад. Поэтому никаких поползновений, даже не оппозиционных, а которые просто не лежат в контексте "Единой России" или администрации президента, бизнес сегодня делать не будет. Это исключено. Люди боятся потерять свое имущество, лишиться свободы. А таких случаев в последнее время было много. Я исключаю проявления каких-либо оппозиционных настроений в этой среде", - говорит Павел Толстых, директор Центра по изучению проблем взаимоотношения бизнеса и власти Lobbying.ru, кандидат политических наук, доцент кафедры политического консалтинга и избирательных технологий ГУ-ВШЭ. Как можно поплатиться имуществом и свободой за непослушание, власть продемонстрировала уже не только на Михаиле Ходорковском. В 2006 году в федеральный розыск был объявлен глава концерна "Нефтяной" Игорь Линшиц.
По мнению следствия, глава концерна начиная с 2000 года занимался незаконной деятельностью и "в составе организованной группы совершал незаконные банковские операции и получил в результате незаконный доход в размере 57 млрд. рублей".
Но в деле против Линшица многие видят и политические аспекты. В совет директоров концерна "Нефтяной" входил Борис Немцов, и компания давала деньги СПС.
В 2007 году за считанные дни потерял свой бизнес и был вынужден уехать из страны нефтяник Михаил Гуцериев. Наблюдатели говорят, что ошибка Гуцериева заключалась в том, что он перебежал дорогу государственной "Роснефти" в борьбе за остатки ЮКОСа.